В России впервые освободили приговоренного к пожизненному сроку

Ворота колонии смертников «Полярная сова», что в Ямало-Ненецком округе открывались медленно. За ними стоял сутулый пожилой мужичонка с полиэтиленовым пакетом в руках. Сделав шаг за периметр, он оказался первым в России человеком, которому удалось выйти из колонии для приговоренных к пожизненному заключению.

В России впервые освободили приговоренного к пожизненному сроку. Ждать ли нам возвращения на волю душегубов из 90-х

СРОК ПОДХОДИТ

Анвару Масалимову 63 года. Большую часть жизни он провел за решеткой: 15 лет за первое убийство, 26 за второе. В «Полярной сове» Масалимов оказался за жестокую расправу над собутыльником.

В 1991 году задушил знакомого, а потом расчленил тело топором.

Суд признал мужчину особо опасным рецидивистом и приговорил к высшей мере наказания — расстрелу. Он приговор обжаловал. Потом написал прошение о помиловании главе государства. Дальше в России ввели мораторий на смертную казнь. И указом президента казнь заменили на пожизненное заключение. Так душегуб и оказался в «Полярной сове».

Все годы заключения Масалимов активно боролся за свободу: писал жалобы, подавал апелляции. И в конце концов добился своего. В 2016 Президиум Вологодского областного суда решил, что Масалимов достаточно времени провел за решеткой.

Многие решили, что опасного убийцу выпустили досрочно — после 25 лет тюрьмы. Именно после этого срока пожизненно заключенные имеют право проситься на свободу. Как раз сейчас подходит срок в четверть века у первых извергов, которым смертную казнь заменили пожизненным заключением. Неужели нас ждет возвращение маньяков?

ОБРАТНАЯ СИЛА ЗАКОНА

Чтобы понять, почему преступника выпустили на свободу, придется погрузиться в дебри юриспруденции. Осудили его еще по Уголовному кодексу РСФСР, причем признали виновным не просто в убийстве, а с отягчающими обстоятельствами. Во-первых, суд рассудил, что Масалимов был пьян. А во-вторых, его сочли особо опасным рецидивистом — было такое юридическое понятие.

Но вскоре УК поменялся, и такой квалифицирующий признак как «рецидивист» оттуда исчез. Узнав об этом, Масалимов подал кассацию.

– Данный квалифицирующий признак был исключен из дела, равно как и второй — об алкогольном опьянении. Суд счел, что это не было доказано. Поэтому Масалимову поменяли статью со 102 на 103 — убийство без отягчающих обстоятельств, – рассказала «КП» представитель Вологодского областного суда Лариса Новолодская.

А наказание по 103 статье куда мягче. Максимум — десять лет. Но суд посчитал, что менять срок Масалимову не нужно. Мол, пожизненный ему установил не суд а президент, а значит, не юристам его отменять. Кстати, когда зэк подавал жалобу, десять лет он уже отсидел.

– В 2009 году Конституционный суд РФ внимательно рассмотрел эти моменты и вынес решение, что суды все-таки имеют право пересматривать указы президента о замене смертной казни пожизненным заключением, – говорит Новолодская. – Президиум областного суда еще раз рассмотрел дело Масалимова и постановил освободить его с формулировкой «в связи с принятием закона, улучшающего положение осужденного».

В колониях для осужденных пожизненно уже сотни маньяков, садистов и террористов формально имеют право на условно-досрочное освобождение.Фото: Олег РУКАВИЦЫН

В конце концов в 2016 году убийца оказался на свободе. Куда подался рецидивист, проведший за решеткой четверть века? Известно, что у Масалимова в Башкирии живет родная сестра. Ей он после суда отписал все пожитки. Но в документах «Полярной совы» значится, что заключенный выбыл в Москву.

Интересный вопрос, может ли теперь бывший зэк рассчитывать на компенсацию от государства, раз он пересидел 16 лет? Известно лишь, что уголовник пока за деньгами не обращался.

СВОБОДА ИХ ВСТРЕТИТ РАДОСТНО У ВХОДА?

В таких случаях говорят: снаряд упал в соседнюю воронку. Да, Масалимов вышел в результате пересмотра дела. Но в колониях для осужденных пожизненно уже сотни маньяков, садистов и террористов формально имеют право на условно-досрочное освобождение. Ведь требовать УДО они могут через 25 лет, как раз столько прошло с начала 90-х, когда пожизненным заключением были заменены первые смертные приговоры.

Надо сказать, что своим правом на свободу эти осужденные пытаются активно воспользоваться. Как рассказала «КП» Тамила Дзись, начальник пресс-службы Управления ФСИН по Ямало-Ненецкому округу, где находится колония «Полярная сова», в последние годы в суды поступало уже десятки прошений об условно-досрочном освобождении пожизненников. Ни один не был отпущен – каждый раз в личном деле находились нарушения режима, допущенные осужденными.

– То есть, если в суд поступит ходатайство, в котором нарушений не будет, то осужденный выйдет на свободу?

– Мы выполним решение суда, – уклончиво ответила начальник пресс-службы ямало-ненецкого УФСИН.

По Уголовному кодексу, приговоренный к пожизненному заключению может выйти на свободу, если за время отсидки он не совершил тяжкого и особо-тяжкого преступления, а также при отсутствии злостных нарушений за последние три года. Согласие родственников потерпевших не требуется. Судя по всему, нарушения распорядка – единственное, что отделяет нас от возвращения маньяков. И ручеек прошений превращается в реку. Гарантий, что рано или поздно плотину не прорвет, нет.

– Ходатайств об УДО от пожизненников у нас 20-30 в год, – рассказал «Комсомолке» Олег Димони, уполномоченный по правам человека Вологодской области, где находится знаменитая колония «Вологодский пятак» (ИК-5) на острове Огненный. – Года два назад Белозерский суд поддержал прошение одного из таких заключенных. Однако в областном суде это решение было отменено. Мне кажется, если и давать пожизненникам шанс выйти, то нужно создать специальную систему. Пусть они сначала переходят в обычные колонии строгого режима, посидят несколько лет там, потом в колонию-поселение еще на несколько лет… А потом уже можно и вопрос об освобождении рассмотреть.

www.hab.kp.ru

Андрей Потапов попал в сити – Коммерсантъ Челябинск

Начальник управления государственных закупок Курганской области Андрей Потапов вчера был избран на должность сити-менеджера Кургана. За его кандидатуру проголосовали 22 из 24 депутатов гордумы. Контракт с господином Потаповым будет заключен на пять лет. Его предшественник Александр Поршань подал в отставку по собственному желанию в начале июля после критики его работы депутатами. Наблюдатели отмечают, что новый сити-менеджер получил в наследство город в «неудовлетворительном» состоянии и ему придется трудно из-за отсутствия опыта хозяйственной работы и собственной команды управленцев.

Депутаты гордумы Кургана вчера на внеочередном заседании поддержали кандидатуру начальника управления государственных закупок Курганской области Андрея Потапова для назначения на пост сити-менеджера. За него проголосовали 22 из 24 депутатов. Изначально на конкурс заявлялось семь человек, до голосования дошли только трое. Ведущего экономиста курганского филиала Института экономики Уральского отделения РАН Сергея Сынникова поддержали два депутата, директора ООО «Курганское телевидение» Алексея Асташина, который не присутствовал на заседании, не поддержал никто. Контракт с новым главой администрации будет заключен с 5 сентября до дня начала работы гордумы Кургана седьмого созыва (2019 год). «Одной из своих первоочередных задач Андрей Потапов, в частности, назвал формирование новой структуры администрации города и оптимизацию работы исполнительно-распорядительного органа власти, подчеркнув, что намерен в первый месяц работы лично ознакомиться с деятельностью всех сотрудников каждого департамента»,— сообщили в пресс-службе городской администрации.

Андрей Потапов родился в Магнитогорске Челябинской области, окончил Курганский машиностроительный институт и Уральский юридический институт МВД России. В разное время работал в УВД Кургана и первым заместителем МВД по республике Карелия. С февраля 2015 года руководил управлением государственных закупок Курганской области.

Прежний глава администрации Кургана Александр Поршань, назначенный на этот пост в 2014 году, подал в отставку по собственному желанию в июле этого года. Он назвал свой шаг «нелегким, обдуманным и взвешенным». Уходу Александра Поршаня предшествовала критика депутатов гордумы его ежегодного отчета о состоянии дел в городе. В частности, депутат гордумы Александр Мазеин и депутат облдумы Сергей Муратов заявили, что работа сити-менеджера «неэффективная, а порой непрофессиональная», из-за чего жизнь в городе не налаживается. В середине августа господин Поршань стал директором Ледового дворца спорта им. Н.В. Парышева в Кургане.

«Поршань проработал слишком мало — он пришел в конце 2014 года. В формировании бюджета Кургана 2015 года он не участвовал, а бюджет был сформирован из рук вон плохо, с большим дефицитом. Это явилось одной из причин того, что невозможно было выполнить те задачи, которые перед ним ставились»,— считает бывший депутат гордумы Иван Камшилов. По его словам, еще до прихода Александра Поршаня город был в неудовлетворительном состоянии, а в условиях кризиса его команда не смогла справиться с поставленными задачами. Он отметил, что Александр Поршань ушел, когда понял, что не может повлиять на работу существующей администрации. «В такую же ситуацию приходит новый руководитель, у которого нет опыта управления городским хозяйством, нет команды. Публичной поддержкой губернатора он не заручился, то есть Алексей Кокорин (глава региона) нигде не говорил, что рекомендует Потапова на пост главы. Кокорин заведомо отстранился от ответственности за последующие действия Потапова. Если он не справляется, то ответственность ляжет на депутатов. Не думаю, что с приходом нового главы что-то изменится в городе»,— считает господин Камшилов. Он добавил, что Андрею Потапову придется нелегко на новом месте, учитывая, что у Кургана накоплены огромные долги, а бюджет уже наполовину сформирован.

Надежда Алексеева

Главные новости от “Ъ-Южный Урал” в 

Facebook

www.kommersant.ru

Леонид Потапов: «Каким я был, таким остался…»

Леонида Потапова и Бориса Базарова исключили из КПРФ

25.01.2012 в 05:15, просмотров: 4252

В минувшую субботу пленум Бурятского республиканского отделения КПРФ большинством голосов исключил из своих рядов председателя президиума БНЦ СО РАН Бориса Базарова и первого президента Бурятии, ведущего научного сотрудника этого же учреждения Леонида Потапова.

фото: russianstock.ru

Что должно было случиться, чтобы руководство бурятских коммунистов в субботний день выставило за дверь двух виднейших своих членов, да еще с жесткой формулировкой — «за действия, нанесшие существенный ущерб КПРФ»?

По сведениям «МК», и Борис Базаров, и Леонид Потапов приняли предложение «Единой России» и вошли в состав республиканского штаба общественной поддержки кандидата в президенты страны Владимира Путина. При этом Борис Ванданович стал руководителем этого штаба, а Леонид Васильевич — его движущей силой, фактически отказав в поддержке единому кандидату от КПРФ Геннадию Зюганову.

И в самом деле, более «существенного ущерба» нанести было бы сложно, учитывая весомый авторитет и влияние Леонида Потапова и Бориса Базарова. Сможет ли руководство БРО, безусловно, осознающее масштабы потерь, извлечь из ситуации хоть какую-нибудь для себя пользу?

Ведь, как ни крути, но в данной ситуации в невыигрышном положении оказались вовсе не «перебежчики», как их уже называют в аппарате БРО КПРФ, а сама партия, ключевые фигуры которой из двух зол (Путина и Зюганова) предпочли меньшее.

В Бурятии это событие внесло в вялотекущую кампанию по выборам президента России не только оживление, но и интригу, которая позволит избирателям по-новому взглянуть на кандидатуру Владимира Путина.

«МК» встретился с Леонидом Потаповым.

— Действительно, я дал согласие войти в народный штаб общественной поддержки кандидата в президенты России Владимира Путина, с которым я проработал два президентских срока. Он всегда поддерживал Бурятию, а я поддерживал его. Результат совместной работы — решение крупных социально-экономических проблем республики. В частности, спасение Улан-Удэнского авиационного завода, завершение строительства Северомуйского тоннеля, включение Бурятии в федеральную целевую программу социально-экономического развития Дальнего Востока и Забайкалья до 2013 года (а сейчас и до 2025 года), из которой нашу республику некоторые чиновники постоянно норовили вычеркнуть. Именно благодаря этой программе были построены и до сих пор сдаются людям все самые крупные производственные и социальные объекты Бурятии. Не проходит и месяца, чтобы мы не перерезали какую-нибудь ленточку, но мало кто знает, что каждый из этих объектов был предусмотрен программой социально-экономического развития Дальнего Востока и Забайкалья, куратором которой был Владимир Владимирович.

— Означает ли это, что вы полностью поддерживаете курс, проводимый сегодня федеральным правительством?

— Разумеется, нет. В целом тот курс, который реализуется в России, я принять не могу. Очень много дров наломали, особенно с приватизацией ряда отраслей экономики, которые должны были остаться в ведении государства. Я говорю о воздушном и железнодорожном транспорте, об энергетике. То, что мы сейчас имеем в этих сферах — высокие тарифы, воровство, упадок — все это результат непродуманной реформы. Настоящую трагедию переживает агропромышленный комплекс. Почему вы, думаете, мы не загнулись и вышли из кризиса? А потому, что мы проедали жир, накопленный в советское время. И сейчас еще живем во многом благодаря советским достижениям. Ум власти в том состоит, чтобы ответить на вопрос, сколько государства, а сколько рынка должно быть в экономике. Та власть, которая грамотно отвечает на этот вопрос, умная, мудрая и дальновидная. Например, китайцы ответили грамотно, а мы — нет. В результате вопиющее социальное неравенство. Олигархи что творят? Покупают стометровые яхты, покупают сотни проституток и самолетами возят их по курортам. Если в советское время разница между доходами самых бедных и самых обеспеченных граждан составляла максимум 2,5-3 раза, то сейчас 16 раз. Это — по официальным данным, а неофициально — до 30 раз. Как жить бедному человеку?

— Тем более странно, что вы поддерживаете Путина…

— Я убежден, что никто кроме Владимира Путина не способен исправить ошибки, которые были допущены за двадцать лет реформ, и восстановить социальную справедливость, устранить социальное неравенство. Все его последние выступления и решения прямо свидетельствуют об этом. Вы знаете, что сейчас он начинает честно признавать просчеты и публично обещает их устранить, всерьез взялся за олигархов, без обиняков обвинив их в воровстве. Но одного убеждения мало. Поэтому, считаю, сейчас как никогда необходима консолидация левых сил в Государственной Думе, включая КПРФ и «Справедливую Россию», чтобы внести необходимые изменения в тот экономический курс, который проводится в стране.

— Изменение курса произошло бы автоматически, если бы президентом был избран Геннадий Зюганов…

— Я знаю и уважаю Геннадия Зюганова. Мне нравится его предвыборная программа, мне нравится он как человек. Но у него главный и существенный недостаток — у него абсолютно нет никакого опыта государственной работы. Он политик, а не государственник. А у Путина — опыт колоссальный. Все-таки два президентских срока, один — премьерский. На мой взгляд, Владимир Путин видит и чувствует ошибки душой, сердцем, печенкой. И как никто другой сможет эти ошибки устранить — грамотно и безболезненно для политической стабильности, не снижая темпов экономического развития. Но, повторюсь, при условии консолидации всех левых сил. Иными словами, на этом историческом этапе я не вижу другого человека, кроме Путина, кто мог бы возглавить страну.

— Вы ставите знак равенства между «Единой Россией» и Владимиром Путиным?

— Конечно, нет, «Единую Россию» я не поддерживаю, хотя среди ее членов много бывших коммунистов. Владимир Путин — беспартийный, и это не случайно.

— Но народный штаб общественной поддержки кандидата создан под крышей «Единой России» и в нем много «единороссов».

— Но много и беспартийных, и есть член «Справедливой России» — это бывший председатель Народного Хурала Михаил Иннокентьевич Семенов.

— Как вы отнеслись к вашему исключению из КПРФ?

— Конечно, огорчился, ведь я коммунист с 1964 года. Думаю, что решение, которое принял аппарат БРО КПРФ в отношении меня и Бориса Базарова, поспешное. Первый секретарь рескома Вячеслав Мархаев, которому я помог избраться депутатом Государственной Думы, поступил бы правильно, если создал комиссию из числа авторитетных коммунистов, которая бы во всем разобралась и внесла свои предложения. Но что сделаешь! Свои убеждения коммуниста я не изменял и не изменю, каким я был, таким и остался.

— Спасибо за беседу!

ulan.mk.ru

Прот. Борис Потапов: «Идти за Христом – это не только к обедне ходить»

Отец Борис – настоятель Преображенского храма в Москве. Он закончил МГУ, прыгал с парашютом, его крестил и воспитывал в вере отец Владимир Волгин. Сегодня отец Борис в нашей рубрике «Слова и лица»

– Есть ли иерархия грехов? Что страшнее, убийство или чревоугодие?

– Святые отцы говорили, что есть иерархия грехов, конечно. Что корень всех грехов – гордыня. Поэтому иерархично, получается, над всем стоит гордыня. Ну а если сравнивать убийство и чревоугодие, это все равно, что сравнивать ученого и актера – кто лучше? Или, допустим, спортсмен-хоккеист или спортсмен-футболист – кто лучше? Кто больше пользы приносит обществу, или кто меньше вреда? На самом деле совершенно не важно, из-за какого греха человек погибнет.

Что такое деньги?

– Деньги? В свое время мне папа говорил, что деньгами должна быть мера труда, человеко-час. Если, допустим, на хлеб нужно потратить 300 часов, а на то, чтобы собрать машину, нужно потратить 100 часов, то, соответственно, хлеб и должен стоить в три раза больше чем машина. Наверное, изначально деньги и были такой мерой, пока не появились средства роскоши, средства удовольствия, тогда эта мера стала изменчивой и переменчивой, и мы сейчас видим неадекватную переоценку машин и недооценку хлеба.

Вы слышали рок оперу «Иисус Христос – суперзвезда»?

– Тогда, как неверующего, она меня не привлекла упоминанием библейских моментов или сюжетов. А музыкально я не считаю ее выдающимся произведением. Вот «Стена», например, группы Pink Floyd на меня произвела впечатление. Это было такое культовое у нас в университете произведение. В нашей компании.

– Ваше любимое произведение Достоевского?

– «Братья Карамазовы». Там очень здорово показан образ, как считается, старца Амвросия Оптинского. И Алеша Карамазов мне очень близок с его мечтаниями, исканиями. Мне очень нравится мотив, по которому Алексей ушел в монастырь. Эту фразу я несколько раз даже цитировал на проповедях, когда он говорит, что «Не могу я вместо того, чтобы отдать все и идти за Христом, отдавать две копейки старушке у церкви и ходить только к обедне». Все – это не две копейки и идти за Христом – это не только к обедне ходить.

Как вы пришли к вере?

– Я пришел к вере, потому что я задумался. Я встретил на своем пути свою будущую супругу, она была христианкой, и я понял, что ее внутренний мир гораздо глубже моего, а я был атеистом на тот момент. И хоть и казалось, что я там чего-то достигал, чего-то находил, но это совсем не грело. Тогда я пошел в православие. Точнее даже не пошел в православие. Почему мне еще очень нравится Алеша Карамазов, потому что я точно так же, как он, когда приехал к отцу Владимиру Волгину, матушкиному духовному отцу, познакомившись с ним, понял, что ему я могу доверять. Я очень счастливый человек – у меня очень хорошие родители, но, встретив отца Владимира, я понял, что ему я могу довериться, в каком-то глубоком смысле довериться. И целый год я к нему ездил, слушал его, смотрел на него, и через год я приехал к нему с желанием креститься.

– Что такое адреналин, когда человек рискует жизнью?

– Я отношусь к тем людям, которые считают, что один раз, если это не греховное удовольствие, если оно не связано напрямую с грехом, почему бы это не испытать. В прыжке с парашютом, например, нет никакого греха. Но и не греховное удовольствие может стать греховным, если ты начинаешь к этому привязываться. Апостол Павел говорит: «Все я могу, но ничто не должно обладать мною». Если через какое-то время эти прыжки с парашютом начинают мною обладать, то это уже, конечно, страсть, это грех.

Как складывалась ваша карьера священника?

– У меня было так: в пятницу – защита диплома, в субботу – ЗАГС, в воскресенье – венчание. Потом батюшка дал нам три месяца попутешествовать и мы приехали к нему на приход. Я думал, что приехал навсегда, и батюшка думал меня там рукополагать. Но потом батюшку через год перевели в Москву, и я за батюшкой перешел сюда. Я по специальности, получается, не работал совсем. Но у меня были научные работы, то есть я готовился стать ученым. У меня был очень хороший научный руководитель, женщина с мировым именем, и она мне очень хороший запас дала.

Когда человек складывает с себя сан – это предательство?

– Мне батюшка говорил, что он не встречал за свою жизнь священников, которые по какой-то причине отказались бы от сана или лишились сана, и не деградировали, в том числе, не деградировали как личности. Я не берусь сказать, предательство это или нет, но я за свою жизнь встречал буквально троих или четверых таких священников и, действительно, на мой взгляд, налицо, что был очень интересный человек, очень горячий. А получается что-то пустое, неинтересное. И я думаю, что от сана, от Божьего призвания быть священником отказаться, без ущерба для своей души, невозможно.

Сколько детей нужно для счастья?

– У меня семеро, я думаю, это минимум для счастья. А если серьезно, я думаю, что кому-то один ребенок – это счастье, если он его выстрадал, вымолил, кому-то два, кому-то пятнадцать. Каждый ребенок – это счастье. Но я думаю, что без детей совсем, конечно, тоскливо.

Есть ли универсальное правило жизни для христианина?

– Господь сказал: «Чего не хотите себе, не делайте ближнему своему». Я думаю, это самое универсальное правило. Из него вытекает что? Мы все хотим любовь получать от ближнего, значит, и нам нужно давать любовь. Это все равно, что если вы хотите обойти земной шар. Какая разница, вы пойдете направо или налево? Вы рано или поздно, обойдя, придете туда же. Так и здесь. Если я начинаю любить ближнего своего по-христиански, как от меня ждет Господь, то я приду и к Богу, или, если я начинаю любить Бога, я начну любить и ближнего своего. Я не смогу пренебрегать, кричать на ближнего своего, зная, что я перед Богом никто, ноль без палочки, и только Он меня оживляет, одухотворяет, дает силы действовать. Я понимаю, что и рядом со мной человек к Богу карабкается с такими же силами. И как его не полюбить, как его не понять.

В жизни каждого священника, да и просто любого человека происходят чудеса. Мы попросили отца Бориса рассказать о запомнившемся ему чуде:

Ну вот сейчас  я выходил, встретил Татьяну, уточнил некоторые детали. История такова: она пришла ко мне в первый раз на исповедь в марте, потому что ей посоветовала какая-то наша общая знакомая. Она ходила март, апрель, в начале мая она пришла с вопросом, что на первое июня она купила билеты в Испанию. Причем интересно, что это был рейс какой-то пролетающий через Москву и подсаживали только восемь человек, и она с дочкой должна была лететь. У меня в памяти как-то было, что с июня у нас начинается Петровский пост и я ей сказал, что не надо лететь постом и вообще отдыхать постом, надо дома молиться, а когда  закончится пост, вы и полетите. Почему-то у меня было такое убеждение, что нельзя их отпускать лететь.

Наташа, ее дочка, которая теперь матушка нашего диакона, она это слушала скептически, и даже спорила, дескать, мама, кого ты слушаешь, ты его видишь второй раз в жизни, и хочешь даже билеты сдавать. Они потеряли 400 евро, это большие деньги были для них. Второго июля они пришли обе с квадратными глазами, дескать, батюшка, откуда вы знали?

Самолет разбился. Там  столкнулся самолет, он летел с детьми, причем, там много было детей. Столкнулся с грузовым самолетом. Там никто не выжил.

Я помню, что отец Владимир тогда, когда историю эту услышал из первых уст, он даже после службы вышел и всем прихожанам эту историю рассказывал, чтобы все порадовались за них, спасенных от авиакатастрофы.

Материал подготовлен на средства гранта

«Православная инициатива 2014-2015»

www.miloserdie.ru

Богатые арестанты в Бутырке живут, как хотят …

Действующий офицер ФСИН России Алексей Козлов, два последних года работающий в Бутырской тюрьме, приехал в общественную приемную правозащитной организации Gulagu.net и записал видеообращение к президенту России.

Как пишет “Новая газета”, Козлов рассказывает, что на самом деле творится в столичной тюрьме. “В Бутырке есть арестанты, которые пользуются мобильниками, фотоаппаратами и даже видеокамерами, – рассказывает офицер ФСИН. – Они свободно разгуливают по тюрьме, имеют выход в интернет, коротая время в социальных сетях”.

Козлов рассказал и о вопиющем случае, когда один из арестантов – 25-летний Антон Серюков – завел свой блог и показал всем желающим “портфлио своего тюремного быта”: Серюков с модным журналом, он же с видеокамерой, сидит на столе, украшенном гербом России. Фотографии арестанта-блогера сделаны в служебном кабинете начальника отряда хозобслуживания, куда запрещен доступ осужденных без сопровождения сотрудников тюрьмы. Скриншоты арестантских страниц попали в соцсети.

“Я стал свидетелем многих нарушений, которых объединяет то, что некоторые заключенные пользуются поддержкой со стороны руководства, а другие – наоборот”, – добавляет офицер.

“Поговаривают, что освобождение по УДО здесь самое дорогое, надо заплатить 15-20 тысяч долларов за каждый недосиженный год”, – сообщает сотрудник колонии. Офицер сообщает также о катастрофической ситуации с туберкулезом. По его словам, в Бутырке шесть камер, в которых содержатся больные туберкулезом. “Для них должна быть отдельная баня, но ее нет. Бывает, когда больные туберкулезом оказываются в камерах со здоровыми арестантами”, – рассказывает офицер.

Подобные видеообращения записали еще несколько офицеров Бутырки, и их вскоре тоже обнародуют. А пока в интернете появился лишь фрагмент обращения Козлова к Медведеву. “Если придать огласке все факты, то к проверке администрация проведет “зачистку” документов и спрячет “говорливых” арестантов”, – поясняет руководитель проекта Gulagu.net Владимир Осечкин. – Мы подготовили видеозаписи еще трех сотрудников Бутырки. Там у них уже созревает бунт. Только не арестантский, а офицерский. А поскольку закон запрещает офицерам бунтовать, им только и остается, что доложить о ситуации контролирующим и надзорным органам”.

Интервью бывшего арестанта

bv-potapov.livejournal.com

Как беззубый откусил язык. Пытки владимирских заключенных

Во “Владимирском централе” заключенный Давид Мдиванишвили лишился части языка при странных обстоятельствах. В областном УФСИН заявили, что заключенный сам откусил себе язык, когда находился в туалете. Правозащитники и родственники уверены, что это результат пыток и сам Мдиванишвили не мог это сделать, так как уже четыре года не имеет передних зубов.

По мнению правозащитников, исправительные учреждения во Владимирской области одни из самых жестких в России. Их даже сравнивают с колонией “Белый лебедь” в Пермском крае, где “ломали” заключенных.

Перед этапированием во “Владимирский централ” Давид позвонил своим родным, чтобы попрощаться. Он был уверен, что в тюрьме его убьют. Транзитным пунктом по пути в тюрьму была ИК-7 во Владимирской области, куда приехал адвокат для встречи с заключенным. Добиться встречи с Давидом адвокат смог только через неделю, когда Мдиванишвили уже находился в больнице ИК-3. В итоге адвокат увидел, что у Давида нет ни еще части зубов, ни языка. Заместитель прокурора по надзору Леонид Смирнов объяснил адвокату, что заключенный сам выбил себе зубы и сам откусил язык. Причем родственники Мдиванишвили утверждают, что у Давида отсутствует около 5 сантиметров языка.

УФСИН заявил, что располагает видеозаписью из камеры, где видно, что Мдиванишвили ушел в зону приватности, то есть в туалет, и там откусил себе язык. Вышел из туалета он уже в крови, после чего ему вызвали хирурга медсанчасти и скорую помощь. Затем с осужденным встретился глава общественной наблюдательной комиссии по Владимирской области Вячеслав Куликов. Он заявил, что Мдиванишвили жестами и кивками подтвердил, что откусил язык сам и никто его не пытал.

Президент Центра помощи иностранным гражданам и противодействия незаконной миграции Роман Кайфаджян, который написал по этому вопросу обращение генпрокурору Юрию Чайке и председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину, считает заявление УФСИН и ОНК ложью.

– Я выступил с открытым обращением к председателю ОНК Владимирской области Куликову Вячеславу Валерьевичу, – говорит Кайфаджян. – Я считаю, что все, что заявлялось по данному поводу, не соответствует действительности. Не предъявлены ни фотографии, ни само видео. Осужденный не встретился с адвокатом, который приехал из Москвы.

Роман Кайфаджян и Дмитрий Кирсанов

К Давиду по просьбе матери приехал адвокат из Москвы Станислав Журавлев, однако к заключенному его не пустили, объяснив это тем, что Мдиванишвили отказался встречаться с этим адвокатом. По словам Журавлева, начальник колонии встретил адвоката словами, что тот защищает преступников. Никаких доказательств отказа от встречи адвокату не предоставили, и на данный момент совершенно неизвестно, что происходит с Мдиванишвили и в каком он состоянии. Местные адвокаты, которые посещали Мдиванишвили, отказались выступать публично по этой теме и просят правозащитников не упоминать их имена.

– Я понимаю, что чем в исправительных учреждениях Владимирской области будет хуже, тем местным адвокатам лучше, – говорит Роман Кайфаджян. – Потому что постоянно будут заказы, родственники осужденных будут беспокоиться и отправлять этих адвокатов туда. Тем не менее, эти адвокаты зачастую ничего не рассказывают, если им что-то становится известно. Они работают в связке с сотрудниками управления ФСИН. А московского адвоката не пустили к Мдиванишвили.

Гражданская жена Мдиванишвили Ольга Черепенина не верит, что ее муж мог сделать с собой такое. Он уже отсидел половину срока – 9 лет, и за все это время с ним не случалось ничего подобного. Когда она приезжала к нему на свидание 4 года назад, у него уже не было передних зубов, и в медицинской карте эта информация должна быть.

Иногда заключенные наносят себе увечья, чтобы выразить протест или избежать побоев, но обычно это ограничивается вскрытием вен или голодовкой. Адвокат фонда “Общественный вердикт” Ирина Бирюкова, которая опубликовала видео избиения заключенного в ярославской колонии, рассказала, как защищался от пыток ее подзащитный Евгений Макаров.

Адвокат Ирина Бирюкова

– Нанесение увечий – это также способ прекратить или предотвратить пытки, когда человек знает, что его ведут бить. У Жени Макарова и Реваза Мгояна (уголовное дело по его избиению тоже возбуждено) был такой случай. Их вывели из камеры, и они знали, что их ведут “воспитывать”. Они взяли с собой лезвие из одноразового станка, чтобы нанести себе увечья и предотвратить или остановить избиение. Реваз Мгоян не успел им воспользоваться – лезвие обнаружили. Но потом его все равно жесточайше избили. А Женя Макаров смог воспользоваться и таким образом остановил свое избиение. Про то, что заключенным отрезают язык именно с целью пыток, я не слышала. Это довольно маловероятно, поскольку оставляет за собой следы. Сотрудники УИС предпочитают не оставлять те следы, которые невозможно скрыть или которые не пройдут с течением времени, пока человека закроют в ШИЗО, чтобы его не видели другие осужденные. Поэтому я допускаю, что Мдиванишвили мог сам лишить себя языка, но целью такого действия, как я уже сказала, могла быть как раз необходимость предотвращения или остановки пыток.

Рука руку моет

Правозащитники считают, что беззаконие в исправительных учреждениях Владимирской области появилось благодаря спайке МВД, ФСБ, СК и ФСИН. Вице-президент благотворительного фонда “Я выбираю жизнь” Дмитрий Кирсанов объяснил, как это работает.

– МВД закрывает “палки” по уголовным делам за счет ФСИНа. Люди, которые отказываются дать нужные показания, попадают в ИК-3 – это колония строгого режима, где находится центральная больница ФСИН по Владимирской области. Туда везут людей со всех колоний и СИЗО. В ИК-3 сотрудники УФСИН и осужденные “активисты”, которые с ними сотрудничают, делают с людьми все, что хотят. Также сотрудники МВД везут туда людей на сутки, на двое. Оставляют в карантине или в больнице. Людей там обрабатывают, и они готовы взять на себя все что угодно. Также туда привозят мусульман. Соответственно, и ФСБ закрывает “палки”: людей обвиняют в создании “сект”. Мусульманам запрещают молиться, запрещают носить бороду. За какие-то нарушения у людей забирают Коран.

Бывший заключенный Николай в конце 2016 года ехал через владимирскую тюрьму. Чтобы не попасть в больницу в ИК-3, он отказался от оформления инвалидности. Инвалидность второй степени он оформил уже на свободе. По его словам, заключенные вскрывали вены, прыгали из окон с 4-го этажа, только чтобы не попасть в ИК-3. Потому что там с людьми делают все, что угодно начальству и “активистам”.

Фонд Дмитрия Кирсанова помогает заключенным после освобождения. По его словам, все, кто приходит из владимирских колоний, в один голос кричат, что там пытки, издевательства и изнасилования.

– В ИК-3 есть “режимный отряд”, – говорит Кирсанов. – У них есть развлечение, называется спортзал. Если один провинился, весь отряд заводят в спортзал, включают громко музыку, а “активисты” колонии с палками заходят и лупят людей. Приходят люди, 50-летние мужчины, и рыдают, рассказывая это все. Также там есть отделение дурдома, куда отправляют людей с якобы психическими нарушениями. Начинаешь что-то говорить, тебя уводят в дурдом и закалывают. Оттуда людей возвращают, и они потом месяцами не разговаривают. У них сопли льются, их кормят с ложки. В ЛИУ-8 люди отказываются письменно лечиться от туберкулеза, потому что это лечение должно проходить в ИК-3. А в ИК-3 прием в колонию начинается с того, что офицеры, такие как Роман Саакян, сам достает пенис и пугает им заключенного. Для зэка самое страшное – это оказаться в касте обиженных, потому что он останется в ней на всю жизнь. Пугая своим пенисом, офицер заставляет подписывать заключенного нужные бумаги.

По словам Кирсанова, такая жуткая ситуация сложилась во Владимирской области после 2013 года, когда начальником управления назначили Кулагина, который раньше работал в Красноярске.

– Владимирская область находится не так далеко от Москвы, там сидит 7 тысяч заключенных, и вот такое творится, – говорит Кирсанов. – Там убили мальчика Сковородина, который приехал отбывать наказание. Его просто запинали до смерти. Он весь был черный. Матери отдали тело и сказали, что он якобы сам упал. Мать добилась возбуждения уголовного дела, его три года передавали от одного следователя к другому. В конце концов один из осужденных по кличке Будулай, он обиженный, работает санитаром в дурдоме, взял на себя это убийство. Ему добавили всего полгода, и спустили все на тормозах. А этот Кулагин, который привез пытки из Красноярска, сейчас находится в российском управлении ФСИН. Теперь он покрывает все гадство, которое там привил. Когда в колонии приезжают адвокаты, сотрудники ФСИН просто смеются. До того доходит, что адвокатам говорят: идите отсюда на… [куда подальше] или положим героин в карман и скажем, что вы хотите осужденному пронести этот героин, и пойдете сидеть вместе с ним. Люди от дел отказываются, просто боятся.

Благодаря этой спайке силовых ведомств контроль сохраняется и над уже освободившимися заключенными. Кирсанов рассказал, что многие отказались присоединиться к правозащитникам и встретиться с журналистами из-за поступивших угроз. Многие освободившиеся живут во Владимирской области, и гарантией их молчания является возможность снова отправить их за решетку.

Сами заключенные являются источником денег для колонии и ее руководства. Например, в ЛИУ-8 находится зона для больных туберкулезом. В этой зоне очень много инвалидов с диагнозом ВИЧ или туберкулез. Эти люди получают пенсию от государства.

– В ЛИУ-8 людей незаконно выписывают с мест жительства, – говорит Дмитрий Кирсанов. – Не временно снимают с учета, а посылают бумагу в паспортные столы, выписывают человека и прописывают его временно на юридический адрес колонии. Это делается для того, чтобы все пенсии приходили в эту колонию и их можно было бы раздербанить. Потом они незаконно вычитают из пенсий осужденных на разные нужды. Получается, что более половины пенсии уходит не по назначению, люди их не получают. После освобождения люди приезжают по месту прописки вставать на учет и узнают, что они там больше не прописаны. Люди в ЛИУ-8 готовы дать показания по поводу того, что с ними происходило на ИК-3. Но только при условии, что им обеспечат безопасность, что после отъезда комиссии их не повезут в ИК-3 насиловать и убивать.

Правозащитников во Владимирских колониях тоже не жалуют. Адвокат Ирина Бирюкова в 2014 году приезжала во “Владимирский централ” по поводу избиения одного из заключенных. Тогда у нее пытались отобрать заявление заключенного и закрыли в кабинете.

– “Владимирский централ” давно считается среди адвокатов и правозащитников “пыточной” тюрьмой, очень закрытой, куда везут “ломать” тех людей, к которым у руководства какого-либо исправительного учреждения накопились претензии. В этой тюрьме не пускают адвокатов, выносят заявления от заключенных о том, что якобы они не хотят встречаться с адвокатами, что не имеют претензий к администрации учреждения или по прошествии времени отказываются от этих претензий.

Упал, а потом повесился

В исправительных учреждениях Владимирской области произошло несколько случаев, когда родственникам отдавали трупы со следами побоев, но причиной смерти называли либо суицид, либо болезнь. С такими ситуациями работает эксперт интернет-проекта против пыток и репрессий Gulagu.net Борис Ушаков. Перед встречей с журналистами ему также поступали угрозы от криминальных авторитетов по поводу публичных выступлений. Причем звонки происходили как из учреждений ФСИН, так и от криминальных авторитетов на свободе. Ушаков сделал публичными несколько случаев гибели заключенных и пытается добиться честного расследования.

Борис Ушаков

В 2017 году в ИК-7 погиб Артем Аликин, его нашли повешенным. Ушаков считает, что это было заказное убийство, так как Аликина решили этапировать после того, как в саратовской тюрьме, где он сидел, произошла акция протеста: 40 заключенных порезали вены и объявили голодовку. Аликин смог передать другу через адвоката информацию о том, что его везут убивать. Ушаков следил за перемещениями Аликина, писал обращения, звонил во ФСИН по поводу обеспечения безопасности заключенного. Через 3 недели после перевода в ИК-7 Аликин умер.

– Только сейчас, спустя почти два года появился свидетель Потапов, который в своей жалобе в Генпрокуратуру написал о пытках во Владимирской области, – говорит Ушаков. – Он сидел через камеру от Аликина и слышал, как его убили, как он кричал. После того, как Потапов передал через брата заявление, его вытащили из петли с массой повреждений и уволокли в пыточную ИК-3.

В марте этого года погиб другой заключенный Андрей Грачев. Его также нашли повешенным. По словам Ушакова, на шее Грачева есть две борозды спереди, и ни одной сзади.

– У Грачева были конфликтные ситуации с руководством колонии в Орле, – говорит Ушаков. – Это массовые голодовки в знак протеста по поводу приема в колонию: там избивали и засовывали резиновые дубинки в анальные отверстия. Андрей был одним из тех, кто с этим боролся. Их всех осудили на тюремный режим и развезли. Его тоже предупреждали, что везут убивать. Я предполагаю, что Владимирская область создана после того, как на “Белом лебеде” ослабились пытки. Это аналог, куда нужно вести неугодных и убивать.

Синяки видны сквозь трупные пятна

Ушаков ознакомился с записями видеорегистратора, который снимал камеру, где умер Грачев. По его словам, куртка Грачева была привязана к решетке, но самой петли не было. Когда камеру закрыли, видеорегистратор остался направленным на тело. Затем зашел человек в гражданке и с ним двое сотрудников, которые его слушались. Они меняли Грачеву положение рук, а затем заметили видеорегистратор и вынесли его. Через три минуты вернули видеорегистратор, а Грачев лежал уже в другом положении.

Родственникам выдали тело только через пять дней, тогда они и увидели следы побоев. Оба уха у Грачёва были опухшими и фиолетового цвета, губы разбиты, внизу правой брови ссадина, на правом виске обильная гематома, переходящая в область глаза и черепа, кисти и пальцы рук в ссадинах и гематомах, снизу подбородка сильная ссадина, на обоих предплечьях синяки, на спине сквозь трупные пятна также просматриваются синяки, кровоподтёки и ссадины, в области паха на мошонке сильные содранные ссадины.

​По словам Ушакова, многие заключённые, узнав об убийстве Грачева, перерезали себе вены, пытаясь привлечь внимание прокуратуры и следствия, однако начальник учреждения ни к одному из заключённых не пустил адвокатов.

О спайке силовых ведомств, которая не дает возможности остановить беспредел в колониях, говорит в интервью телеканалу “Настоящее время” и бывший политзаключенный Олег Навальный.

– Я абсолютно уверен, что невозможно с этим бороться, пока сама система эта жива, – говорит Навальный. – Она сама себя сохраняет. Надзорные функции имеет прокуратура, которая может туда заходить, депутаты, которые могут заходить, но проверку опять же будет вести прокуратура. Ну то есть это все одни и те же люди, невозможно призвать их к ответу, потому что все это одна банда.

www.svoboda.org

Беззубый откусил язык: как пытают российских заключенных

Во “Владимирском централе” (Россия) заключенный Давид Мдиванишвили лишился части языка при странных обстоятельствах. В областном УФСИН заявили, что заключенный сам откусил себе язык, когда находился в туалете. Правозащитники и родственники уверены, что это результат пыток и сам Мдиванишвили не мог это сделать, так как уже четыре года не имеет передних зубов.

По мнению правозащитников, исправительные учреждения во Владимирской области России одни из самых жестких в стране. Их даже сравнивают с колонией “Белый лебедь” в Пермском крае, где “ломали” заключенных.

Перед этапированием во “Владимирский централ” Давид позвонил своим родным, чтобы попрощаться. Он был уверен, что в тюрьме его убьют. Транзитным пунктом по пути в тюрьму была ИК-7 во Владимирской области, куда приехал адвокат для встречи с заключенным. Добиться встречи с Давидом адвокат смог только через неделю, когда Мдиванишвили уже находился в больнице ИК-3. В итоге адвокат увидел, что у Давида нет ни еще части зубов, ни языка. Заместитель прокурора по надзору Леонид Смирнов объяснил адвокату, что заключенный сам выбил себе зубы и сам откусил язык. Причем родственники Мдиванишвили утверждают, что у Давида отсутствует около 5 сантиметров языка.

УФСИН заявил, что располагает видеозаписью из камеры, где видно, что Мдиванишвили ушел в зону приватности, то есть в туалет, и там откусил себе язык. Вышел из туалета он уже в крови, после чего ему вызвали хирурга медсанчасти и скорую помощь. Затем с осужденным встретился глава общественной наблюдательной комиссии по Владимирской области России Вячеслав Куликов. Он заявил, что Мдиванишвили жестами и кивками подтвердил, что откусил язык сам и никто его не пытал.

Президент Центра помощи иностранным гражданам и противодействия незаконной миграции Роман Кайфаджян, который написал по этому вопросу обращение генпрокурору России Юрию Чайке и председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину, считает заявление УФСИН и ОНК ложью.

– Я выступил с открытым обращением к председателю ОНК Владимирской области Куликову Вячеславу Валерьевичу, – говорит Кайфаджян. – Я считаю, что все, что заявлялось по данному поводу, не соответствует действительности. Не предъявлены ни фотографии, ни само видео. Осужденный не встретился с адвокатом, который приехал из Москвы.

Роман Кайфаджян и Дмитрий Кирсанов

К Давиду по просьбе матери приехал адвокат из Москвы Станислав Журавлев, однако к заключенному его не пустили, объяснив это тем, что Мдиванишвили отказался встречаться с этим адвокатом. По словам Журавлева, начальник колонии встретил адвоката словами, что тот защищает преступников. Никаких доказательств отказа от встречи адвокату не предоставили, и на данный момент совершенно неизвестно, что происходит с Мдиванишвили и в каком он состоянии. Местные адвокаты, которые посещали Мдиванишвили, отказались выступать публично по этой теме и просят правозащитников не упоминать их имена.

– Я понимаю, что чем в исправительных учреждениях Владимирской области будет хуже, тем местным адвокатам лучше, – говорит Роман Кайфаджян. – Потому что постоянно будут заказы, родственники осужденных будут беспокоиться и отправлять этих адвокатов туда. Тем не менее, эти адвокаты зачастую ничего не рассказывают, если им что-то становится известно. Они работают в связке с сотрудниками управления ФСИН. А московского адвоката не пустили к Мдиванишвили.

Гражданская жена Мдиванишвили Ольга Черепенина не верит, что ее муж мог сделать с собой такое. Он уже отсидел половину срока – 9 лет, и за все это время с ним не случалось ничего подобного. Когда она приезжала к нему на свидание 4 года назад, у него уже не было передних зубов, и в медицинской карте эта информация должна быть.

Иногда заключенные наносят себе увечья, чтобы выразить протест или избежать побоев, но обычно это ограничивается вскрытием вен или голодовкой. Адвокат фонда “Общественный вердикт” Ирина Бирюкова, которая опубликовала видео избиения заключенного в ярославской колонии, рассказала, как защищался от пыток ее подзащитный Евгений Макаров.

Адвокат Ирина Бирюкова

– Нанесение увечий – это также способ прекратить или предотвратить пытки, когда человек знает, что его ведут бить. У Жени Макарова и Реваза Мгояна (уголовное дело по его избиению тоже возбуждено) был такой случай. Их вывели из камеры, и они знали, что их ведут “воспитывать”. Они взяли с собой лезвие из одноразового станка, чтобы нанести себе увечья и предотвратить или остановить избиение. Реваз Мгоян не успел им воспользоваться – лезвие обнаружили. Но потом его все равно жесточайше избили. А Женя Макаров смог воспользоваться и таким образом остановил свое избиение. Про то, что заключенным отрезают язык именно с целью пыток, я не слышала. Это довольно маловероятно, поскольку оставляет за собой следы. Сотрудники УИС предпочитают не оставлять те следы, которые невозможно скрыть или которые не пройдут с течением времени, пока человека закроют в ШИЗО, чтобы его не видели другие осужденные. Поэтому я допускаю, что Мдиванишвили мог сам лишить себя языка, но целью такого действия, как я уже сказала, могла быть как раз необходимость предотвращения или остановки пыток.

Рука руку моет

Правозащитники считают, что беззаконие в исправительных учреждениях Владимирской области России появилось благодаря спайке МВД, ФСБ, СК и ФСИН. Вице-президент благотворительного фонда “Я выбираю жизнь” Дмитрий Кирсанов объяснил, как это работает.

– МВД закрывает “палки” по уголовным делам за счет ФСИНа. Люди, которые отказываются дать нужные показания, попадают в ИК-3 – это колония строгого режима, где находится центральная больница ФСИН по Владимирской области. Туда везут людей со всех колоний и СИЗО. В ИК-3 сотрудники УФСИН и осужденные “активисты”, которые с ними сотрудничают, делают с людьми все, что хотят. Также сотрудники МВД везут туда людей на сутки, на двое. Оставляют в карантине или в больнице. Людей там обрабатывают, и они готовы взять на себя все что угодно. Также туда привозят мусульман. Соответственно, и ФСБ закрывает “палки”: людей обвиняют в создании “сект”. Мусульманам запрещают молиться, запрещают носить бороду. За какие-то нарушения у людей забирают Коран.

Бывший заключенный Николай в конце 2016 года ехал через владимирскую тюрьму. Чтобы не попасть в больницу в ИК-3, он отказался от оформления инвалидности. Инвалидность второй степени он оформил уже на свободе. По его словам, заключенные вскрывали вены, прыгали из окон с 4-го этажа, только чтобы не попасть в ИК-3. Потому что там с людьми делают все, что угодно начальству и “активистам”.

Фонд Дмитрия Кирсанова помогает заключенным после освобождения. По его словам, все, кто приходит из владимирских колоний, в один голос кричат, что там пытки, издевательства и изнасилования.

– В ИК-3 есть “режимный отряд”, – говорит Кирсанов. – У них есть развлечение, называется спортзал. Если один провинился, весь отряд заводят в спортзал, включают громко музыку, а “активисты” колонии с палками заходят и лупят людей. Приходят люди, 50-летние мужчины, и рыдают, рассказывая это все. Также там есть отделение дурдома, куда отправляют людей с якобы психическими нарушениями. Начинаешь что-то говорить, тебя уводят в дурдом и закалывают. Оттуда людей возвращают, и они потом месяцами не разговаривают. У них сопли льются, их кормят с ложки. В ЛИУ-8 люди отказываются письменно лечиться от туберкулеза, потому что это лечение должно проходить в ИК-3. А в ИК-3 прием в колонию начинается с того, что офицеры, такие как Роман Саакян, сам достает пенис и пугает им заключенного. Для зэка самое страшное – это оказаться в касте обиженных, потому что он останется в ней на всю жизнь. Пугая своим пенисом, офицер заставляет подписывать заключенного нужные бумаги.

По словам Кирсанова, такая жуткая ситуация сложилась во Владимирской области после 2013 года, когда начальником управления назначили Кулагина, который раньше работал в Красноярске.

– Владимирская область находится не так далеко от Москвы, там сидит 7 тысяч заключенных, и вот такое творится, – говорит Кирсанов. – Там убили мальчика Сковородина, который приехал отбывать наказание. Его просто запинали до смерти. Он весь был черный. Матери отдали тело и сказали, что он якобы сам упал. Мать добилась возбуждения уголовного дела, его три года передавали от одного следователя к другому. В конце концов один из осужденных по кличке Будулай, он обиженный, работает санитаром в дурдоме, взял на себя это убийство. Ему добавили всего полгода, и спустили все на тормозах. А этот Кулагин, который привез пытки из Красноярска, сейчас находится в российском управлении ФСИН. Теперь он покрывает все гадство, которое там привил. Когда в колонии приезжают адвокаты, сотрудники ФСИН просто смеются. До того доходит, что адвокатам говорят: идите отсюда на… [куда подальше] или положим героин в карман и скажем, что вы хотите осужденному пронести этот героин, и пойдете сидеть вместе с ним. Люди от дел отказываются, просто боятся.

Благодаря этой спайке силовых ведомств контроль сохраняется и над уже освободившимися заключенными. Кирсанов рассказал, что многие отказались присоединиться к правозащитникам и встретиться с журналистами из-за поступивших угроз. Многие освободившиеся живут во Владимирской области, и гарантией их молчания является возможность снова отправить их за решетку.

Сами заключенные являются источником денег для колонии и ее руководства. Например, в ЛИУ-8 находится зона для больных туберкулезом. В этой зоне очень много инвалидов с диагнозом ВИЧ или туберкулез. Эти люди получают пенсию от государства.

– В ЛИУ-8 людей незаконно выписывают с мест жительства, – говорит Дмитрий Кирсанов. – Не временно снимают с учета, а посылают бумагу в паспортные столы, выписывают человека и прописывают его временно на юридический адрес колонии. Это делается для того, чтобы все пенсии приходили в эту колонию и их можно было бы раздербанить. Потом они незаконно вычитают из пенсий осужденных на разные нужды. Получается, что более половины пенсии уходит не по назначению, люди их не получают. После освобождения люди приезжают по месту прописки вставать на учет и узнают, что они там больше не прописаны. Люди в ЛИУ-8 готовы дать показания по поводу того, что с ними происходило на ИК-3. Но только при условии, что им обеспечат безопасность, что после отъезда комиссии их не повезут в ИК-3 насиловать и убивать.

Правозащитников во Владимирских колониях тоже не жалуют. Адвокат Ирина Бирюкова в 2014 году приезжала во “Владимирский централ” по поводу избиения одного из заключенных. Тогда у нее пытались отобрать заявление заключенного и закрыли в кабинете.

– “Владимирский централ” давно считается среди адвокатов и правозащитников “пыточной” тюрьмой, очень закрытой, куда везут “ломать” тех людей, к которым у руководства какого-либо исправительного учреждения накопились претензии. В этой тюрьме не пускают адвокатов, выносят заявления от заключенных о том, что якобы они не хотят встречаться с адвокатами, что не имеют претензий к администрации учреждения или по прошествии времени отказываются от этих претензий.

Упал, а потом повесился

В исправительных учреждениях Владимирской области произошло несколько случаев, когда родственникам отдавали трупы со следами побоев, но причиной смерти называли либо суицид, либо болезнь. С такими ситуациями работает эксперт интернет-проекта против пыток и репрессий Gulagu.net Борис Ушаков. Перед встречей с журналистами ему также поступали угрозы от криминальных авторитетов по поводу публичных выступлений. Причем звонки происходили как из учреждений ФСИН, так и от криминальных авторитетов на свободе. Ушаков сделал публичными несколько случаев гибели заключенных и пытается добиться честного расследования.

Борис Ушаков

В 2017 году в ИК-7 погиб Артем Аликин, его нашли повешенным. Ушаков считает, что это было заказное убийство, так как Аликина решили этапировать после того, как в саратовской тюрьме, где он сидел, произошла акция протеста: 40 заключенных порезали вены и объявили голодовку. Аликин смог передать другу через адвоката информацию о том, что его везут убивать. Ушаков следил за перемещениями Аликина, писал обращения, звонил во ФСИН по поводу обеспечения безопасности заключенного. Через 3 недели после перевода в ИК-7 Аликин умер.

– Только сейчас, спустя почти два года появился свидетель Потапов, который в своей жалобе в Генпрокуратуру написал о пытках во Владимирской области, – говорит Ушаков. – Он сидел через камеру от Аликина и слышал, как его убили, как он кричал. После того, как Потапов передал через брата заявление, его вытащили из петли с массой повреждений и уволокли в пыточную ИК-3.

В марте этого года погиб другой заключенный Андрей Грачев. Его также нашли повешенным. По словам Ушакова, на шее Грачева есть две борозды спереди, и ни одной сзади.

– У Грачева были конфликтные ситуации с руководством колонии в Орле, – говорит Ушаков. – Это массовые голодовки в знак протеста по поводу приема в колонию: там избивали и засовывали резиновые дубинки в анальные отверстия. Андрей был одним из тех, кто с этим боролся. Их всех осудили на тюремный режим и развезли. Его тоже предупреждали, что везут убивать. Я предполагаю, что Владимирская область создана после того, как на “Белом лебеде” ослабились пытки. Это аналог, куда нужно вести неугодных и убивать.

Синяки видны сквозь трупные пятна

Ушаков ознакомился с записями видеорегистратора, который снимал камеру, где умер Грачев. По его словам, куртка Грачева была привязана к решетке, но самой петли не было. Когда камеру закрыли, видеорегистратор остался направленным на тело. Затем зашел человек в гражданке и с ним двое сотрудников, которые его слушались. Они меняли Грачеву положение рук, а затем заметили видеорегистратор и вынесли его. Через три минуты вернули видеорегистратор, а Грачев лежал уже в другом положении.

Родственникам выдали тело только через пять дней, тогда они и увидели следы побоев. Оба уха у Грачёва были опухшими и фиолетового цвета, губы разбиты, внизу правой брови ссадина, на правом виске обильная гематома, переходящая в область глаза и черепа, кисти и пальцы рук в ссадинах и гематомах, снизу подбородка сильная ссадина, на обоих предплечьях синяки, на спине сквозь трупные пятна также просматриваются синяки, кровоподтёки и ссадины, в области паха на мошонке сильные содранные ссадины.

​По словам Ушакова, многие заключённые, узнав об убийстве Грачева, перерезали себе вены, пытаясь привлечь внимание прокуратуры и следствия, однако начальник учреждения ни к одному из заключённых не пустил адвокатов.

О спайке силовых ведомств, которая не дает возможности остановить беспредел в колониях, говорит в интервью телеканалу “Настоящее время” и бывший политзаключенный Олег Навальный.

– Я абсолютно уверен, что невозможно с этим бороться, пока сама система эта жива, – говорит Навальный. – Она сама себя сохраняет. Надзорные функции имеет прокуратура, которая может туда заходить, депутаты, которые могут заходить, но проверку опять же будет вести прокуратура. Ну то есть это все одни и те же люди, невозможно призвать их к ответу, потому что все это одна банда.

ru.krymr.com